СОБАКА БЕЗ ПРОБЛЕМ

В чем отличие методики ЛИРОС от традиционных курсов дрессировки собак?

Друзья. Я — биолог-охотовед и страстный охотник (только с собаками). Привела же меня в охоту и на биофак страсть, которая, возможно была передана с генами родителей — наблюдать за поведением животных в их естественной среде обитания.

Так я стал путешественником, исследователем и охотником, что только дополняло друг — друга.

В 1992 году, я на пике своей научной карьеры, решаю уйти из Тихоокеанского НИИ океанографии и рыбоводства, где изучал поведение северных морских котиков на Командорских островах, чтобы посвятить остаток жизни исследованию поведения «наших братьев меньших» — собак.

На тот момент, у меня было 4 ягдтерьера и один жесткошерстный фокстерьер. Эти собаки поражали меня своей уникальной охотничьей страстью и универсальностью работы. А еще своей компактностью (я мог свободно путешествовать, взяв одну или двух собак! И всегда брал в научные экспедиции на острова или в охотничьи — в Среднюю Азию (где часто охотился в пустынях Кызыл-Кумы и горах Тянь-Шаня). Каждую собаку я дрессировал, на что уходило не менее 1 года. Эти собаки, не только были прекрасными охотниками, но и защитниками. Но меня продолжали мучить следующие вопросы:

  1. Почему, тратя так много сил на их дрессировку, я не могу контролировать их агрессию (как к зверю, так и к людям, в том числе и к членам своей семьи)?
  1. Нередко, прежде, чем вырастить собаку, я испытывал немало разочарований от их разрушительной деятельности — дома были погрызены ножки стульев и столов, перегрызены провода, испорчены ковровые покрытия.

Общаясь с владельцами других собак, читая книги по дрессировке, я обнаружил, что эти проблемы являются достаточно распространенными.

Тогда, я задался целью разобраться с проблемой «вредных» привычек и разработать обучающий курс дрессировки, который бы позволял избежать обратной (темной) стороны содержания собак.

Но, теперь, уйдя из института (от надежной кормушки), мне пришлось искать способы кормить себя и семью и проводить исследования (за свой, заметьте счет).

Оборвав «пуповину» с родным институтом, я занялся бизнесом (была идея совместить эти сферы деятельности), близким к собакам и в радостном ощущении появившейся свободы создал крупную организацию — ЗАО «Созвездие псов». В него входили: ветеринарная клиника, дрессировочная станция, питомник служебных собак и ездовых лаек), охранное подразделение (мы стали охранять хозяйственные объекты не караульными собаками, а собаками, сотрудничающими с человеком).

Коллеги — компаньоны, оценив мой энтузиазм избрали меня генеральным директором. К сожалению, в новой должности, я перестал принадлежать себе и еще дальше ушел от своих кровных интересов, чем тогда, когда занимался изучением поведения морских млекопитающих. Надо было что-то экстренно делать. И я решил пойти на еще один болезненный шаг — попросил на очередном собрании акционеров переизбрать свою кандидатуру, мотивировав это тем, что уезжаю с Камчатки на «материк».

Все деньги от проданной квартиры в Петропавловске-Камчатском были потрачены на строительство питомника ягтерьеров в солнечном Узбекистане (в отрогах Чаткала, под Ташкентом).

А когда деньги были потрачены, пришло осознание (озарение), что место для развития собаководства и исследований агрессивного поведения собак было выбрано неудачно.

На последние сто долларов я выехал в г. Киров (Вятка), где с помощью коллег — охотоведов, снял квартиру и перевез семью.

В Кирове, было много лестных предложений. Стать директором охотхозяйства, которое обслуживало высших чинов областного МВД (и я даже прошел собеседование у генерала и получил его одобрение на данную должность). Через год мне обещали квартиру в городе. Было приглашение в институт Советской армии (исследование поведение животных, получивших отравление ОВ), также с обеспечением квартирой.

Все это было так заманчиво, что кружилась голова (тем более, что у меня в это время родилась дочь). Но я нашел в себе силы отказаться от них и вышел на улицу частным дрессировщиком собак, голодным, но свободным!

А дрессировщик, как известно, дрессирует тех собак, за которых ему платят! Вот тут и пригодилось мое биологическое образование. Я дрессирую не «добермана», «немецкую овчарку», «ротвейлера», а — просто собаку! И моя задача выявить — способна ли эта собака выполнить те задачи, которые поставил передо мной ее владелец. И больше ничего!

Очень быстро (я дрессирую своих собак с 14-летнего возраста!), я разобрался во всей этой «казуистике», проштудировал и опробовал все известные мне курсы дрессировки собак и пришел к одному важному выводу: в основе прикладной и спортивной подготовки всех собак лежат одни и те же принципы, одна и та же методология, один и тот же обучающий алгоритм (последовательность действий).

И все дрессировочные курсы имеют, помимо прикладной (спортивной) цели, другую, не менее важную цель. Они являются основным селекционным фактором, выявляющим и закрепляющим в потомстве породных рабочих качеств (предрасположенности и способности  собак к выполнению определенных практических задач). Поэтому, главная их цель- выбраковка непригодных особей! Иначе говоря, эти курсы дрессировки должны успешно заканчивать небольшая часть от каждого появившегося на свет поколения щенков!

Так я стал универсалом и расширил свои возможности выживания как частного дрессировщика (а все знакомые эксперты и руководители клубов открыто пророчили мне смерть от голода на этом поприще!).

Но задачи, ради которых я ушел из официальной науки все еще не были выполнены, хотя я и значительно прояснил ситуацию, осознав, что полагаться на традиционные курсы дрессировки собак больше нельзя! Мне нужна новая  методика дрессировки, которая делает собак (почти всех, а не только с рабочими характеристиками) послушными в реальной (городской) среде обитания, не имеющими вредных привычек и максимально раскрывающая их способности для последующей прикладной дрессировки (если такая потребуется).

В очередной раз, я встал перед выбором — продолжать бегать по клиентам и как слепой искать пути решения поставленных задач, или создать частную дрессировочную станцию, где могу ставить контролируемые эксперименты на собаках.

Друзья, Вы наверное догадались, что я выбрал последнее и взял в аренду 1 га земли!

Надо было строить вольеры, обустраивать жилье (благо, на территории были два старых деревянных дома). С братом и женой, сутками напролет мы обустраивали дрессировочную станцию и обносили ее забором. Я продолжал зарабатывать в городе дрессировкой собак и на эти деньги, мы оплачивали аренду земли и приобретали строительный материал (нередко, договариваясь с рабочими на стройках, что было намного дешевле, или открыто воруя на детских площадках в городе разломанные и представляющие опасность для детей, забытые всеми «спортивные» сооружения из металла).

Станция построена! Но, вместо дрессировки охотничьих собак, мне стали приводить их на «усыпление». Да, тех собак, которые покусали людей! Это было неожиданно и трудно в материальном плане (а чем их кормить?) и в моральном — как я могу их усыплять? Но, я чувствовал, что именно здесь и кроется тот «клад», который я ищу, поэтому стал их принимать.

Прошел год. Теперь ко мне на станцию стояла очередь на дрессировку собак! Станция набирала популярность в городе. Но тут пришла очередная беда. Местный «феодал» (а какая Русь — без феодалов?) пригласил меня на аудиенцию и открыто заявил, что жить мне не даст: «Жаловаться бесполезно, прокуратура и милиция — свои люди». Я понимал, что подаю плохой пример его работникам, поскольку показываю, что можно ни от кого не зависеть (многократно отказываясь работать под «крышей»). Что же, это не самая большая потеря в моей жизни! Вечером я сообщил своим родственникам и помощникам (их было у меня двое), что, ввиду непреодолимых факторов,  мы закрываем предприятие.

Позвонил на Камчатку (в ТИНРО) и спросил у своего коллеги и друга о возможности продолжить работу научным сотрудником и защитить почти готовую диссертацию по котикам (работа с собаками открыла мне глаза не многие проблемы этих животных, к которым раньше я не знал как подступиться). Я получил добро, занял деньги на отъезд и вылетел на Камчатку.

Не буду больше задерживать Ваше внимание рассказами о личного характера.

Через год  я оказался в Москве. Работал частным дрессировщиком, консультантом по проблемному поведению собак, участвовал в работе учебно-методической комиссии Центрального Клуба Служебного Собаководства, выезжал на научные конференции с докладами  и окончательно разобрался с мучившими меня научными проблемами модификации поведения собак.

На этом этапе, я вновь ощутил необходимость в собственной исследовательской базе, на которой бы я финальные эксперименты, проверив созданную методику. Было принято решение переехать в Ленинградскую область. Весной 2004 года, я приехал к своим друзьям на весеннюю охоту, а после нее, мы подыскали мне дом в деревне (рядом речка, лес, большие поля). Дом был нежилой (одни стены и крыша), но  большой и каменный, а не деревянный! В конце лета, сложив в грузовую газель немногочисленные пожитки: библиотеку, компьютеры, кухонную утварь и инструменты), мы поехали на нашу новую станцию. Здесь за 7 лет была закончена данная работа и написана Методика (писал я ее 6 месяцев, отказавшись от дрессировки собак, поскольку это отнимало много времени и сил). Видео стандарты методики были сняты за год до написания книги.

Результаты проведенной работы.

Итак, подвожу итог. В результате этого «кругосветного» и очень увлекательного путешествия в мир социального поведения собак, было  установлено:

  1. Из-за «недобросовестного» выполнения своей работы заводчиками (отсутствием жесткой начальной селекции среди щенков, но ведь заводчики — тоже люди и им надо кормить детей) и практической утраты «класса» специалистов по традиционным (прикладным) курсам дрессировки собак (собак все больше держат в качестве компаньонов, а не реальных помощников на охоте, обеспечении личной безопасности) в руки владельцев попадают индивиды как с низкой доминантностью (трусливые), так и высокодоминантные (чрезмерно агрессивные) — которые раньше выбраковывались на всех стадиях профессиональной подготовки заводчиками и дрессировщиками.
  1. Высокая доминантность и агрессия собак часто связана с  их высокими рабочими способностями (все мои ягдтерьеры были просто воплощением агрессии и могли выполнить любую посильную охотничью или служебную задачу). Поэтому нет «бойцовых» собак, а есть доминантные собаки, наделенные природой наследственной способностью к агрессии. В зависимости от необходимости мы можем эту агрессию направить против людей с криминальным поведением или охоту на крупного зверя (разная «мелочь» таких собак интересует мало).
  1. Крайние психофизиологические типы собак (трусы и агрессоры) не  поддаются дрессировке традиционными дрессировочными курсами, поскольку последние на них не рассчитаны.
  1. Трусы не могут научиться ничему новому, поскольку «обезоружены» природой и боятся «выйти за пределы зоны комфорта»; супердоминанты, напротив, излишне вооружены инструментом достижения жизненных целей — эмоциональной агрессией и в критических (стрессовых) ситуациях «не задумываясь» пускают эту агрессию в ход.
  1. В онтогенезе (индивидуальном развитии) у всех представителей социальных биологических видов (у особей мужского пола), первой программой поведения является — усвоение правил социального поведения в сообществе (у людей набор таких правил называется этикетом). Именно поэтому, кобели начинают работать позже сук — им вначале надо научиться видоспецифическим приемам установления лидерства в рабочем коллективе — стае, после чего они готовы учиться «специальности».
  1. Методика ЛИРОС (лидерско-ролевого обучения собак) направлена на создание такого рабочего коллектива, где вожаком является человек (владелец), а подчиненным — собака.
  1. Обученная по такой методике собака (а начинаю я дрессировку с двухмесячного возраста), вырастает уравновешенной, без вредных привычек и готовой к освоению своей охотничьей или служебной специальности, и уже готова выполнять роль «друга», «члена семьи», «компаньона» — новой и ставшей преобладающей в 21 веке «роли».
  1. Живучесть разных приемов обучения собак посредством наказания, я объясняю тем, что они действительно иногда работают, на собаках, находящихся посредине выборки (не крайних психофизиологических типов). У этих собак действительно, так сбалансирована нервная система, что они могут научиться многому самостоятельно или при небольшой «подсказке» со стороны владельца. А также тем, что, о загубленных этими «методами» собаках просто никто не заявляет (а я то с ними поработал вдоволь!)

Вот, пожалуй, и все, что я хотел сказать о своей методике, дорогие друзья. Немного длинновато, но надеюсь, теперь понятно, кому она может помочь.

{lang: 'ru'}

Поделиться в соц. сетях

0

2 Комментарии

  1. Александр

    «Нет, всё понятно, но что конкретно..»(с)
    Прочитал статей восемь Ваших про воспитание проблемных собак, но не увидел ни одного конкретного примера с разъяснениями, как действует методика. Может не нашёл?? Про шарпея, например.
    В целом я не сомневаюсь в Ваших способностях, просто к примеру ОКД хоть и не безупречно, но тупо/просто/ универсально, по уровню доступности «для любого дурака». Я не против приобрести книгу, но у меня есть опасения купить книгу о том, как работает Ваш талант понимать, что надо собаке. У нас в городе тоже есть определённое количество «просто-кинологов» и один «профессор-кинолог», к которому первые ездят на консультации, если что-то не получается.

    1. Константин (Автор записи)

      Александр, прекрасно Вас понимаю.
      В нашей стране всегда декларировались две вещи. У нас — все дешево. И у нас — все просто. На самом деле, под этими утверждениями, чаще подразумевалось другое. Дешево — всегда означало — «плохого качества», а просто — это «примитивно». Кто впервые утвердил курс ОКД для достижения задачи — послушания собаки? Неизвестно. Этот «продукт» родился где то в чиновничьих кабинетах и никогда не только не подвергался практической проверке, но и даже элементарной критике. К сожалению, такое положение дел привело к деградации не только отдельных областей науки и практики, но и государства в целом. Скоро напишу об ОКД и ЗКС более подробно. Процесс дрессировки очень трудно описывать. Но постараюсь это сделать. Поэтому снимаем видео. Сомневаться надо, но надо и что-то делать. Только так можно узнать, что работает, а что нет. Постепенно буду выкладывать уроки дрессировки доминантного ризеншнауцера Варга, а после него типичной (для России) недоминантной немецкой овчарки Зафи. И еще одно замечание. Книга сейчас стоит всего — 600 рублей. Я потратил на создание и проверку данной концепции около 15 лет. Часто держа на голодном пайке свою семью. Особенно, в памятные 90-е годы. Сейчас одно занятие на дрессировочной площадке стоит от 300 рублей и больше. А теперь сравните эти цифры и ответьте мне, много это или мало — заплатить за «разжеванный» курс дрессировки 600 рублей и сделать свою собаку послушной, не тратя больше деньги на дрессировщиков, поездки на дрессировочную площадку и обратно. Просто возьмите карандаш, бумагу и подсчитайте расходы времени и денег в первом и втором случае!
      Удачи. Дрессировщиками (как и педагогами) не рождаются.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

двенадцать + 12 =

Translate »